CANDY-TIME.RU
Как похудеть 969

Евгений Осин: «Уже месяц я ничего не ем»

Мое расследование внезапного исчезновения популярного музыканта. «Куда пропал исполнитель хита «Плаче девушка в автомате»?», «Евгений Осин не выходит на связь с близкими» – подобные заголовки мелькали в Сети совсем недавно.

Позже выяснилось, что музыкант находится в наркологической клинике с диагнозом «алкоголизм, третья стадия». Кто не в курсе, это крайняя степень алкогольной зависимости. В каком плачевном виде я его там застал, лучше не рассказывать.

Женя, радуясь моему визиту, хорохорился, пытался шутить: «Не пью, не курю, сижу здесь, за решеткой, как орел молодой…» Рассказывал, что недруги (в число которых он зачислил даже свою старинную подругу Наталью Штурм) подмешивали ему в вино наркотики, что усугубило давнюю проблему с ногами, но было очевидно – артист остро нуждается в помощи специалистов. А их выводы не внушали оптимизма: поражение периферической нервной системы и вероятное развитие психоза, именуемого в народе белой горячкой.

После усилий врачей клиники следующим шагом к спасению Евгения Осина стала реабилитация. Всем миром мы решили отправить его в тайский центр, где проходит восстановление Дана Борисова. «Женя, ты должен прилететь. Мы ждем тебя», – шлет обращения Дана, проводит для певца виртуальную экскурсию, и вот… Спустя месяц, который Евгений провел на Самуи, я связываюсь с ним по Скайпу, сразу замечая, как он изменился. Кажется, человек попал в руки гения пластической хирургии.

– Нет, – улыбается Евгений. – Я по-прежнему в Таиланде, в наркологическом центре, и очень хорошо себя чувствую. Мне это пошло на пользу, я пересмотрел свое мировоззрение, хотя временами тяжело.

– По какому поводу ты переживаешь?

– Условия, о которых говорили мне ты и Дана, оказались совершенно другими. Я здесь попал на серьезный режим. Мне обещали свободное поселение, мототехнику, наличные деньги. Но ничего этого нет.

– Скажи, а что бы ты сделал с наличными?

– Я не могу себе купить даже дезодорант, а средства ребят, находящихся тут, лежат на счету. Они не могут их взять и свободно распоряжаться.

– Ну, это же лечение, Жень. Единственное, в чем я перед тобой немножко виноват, – ты активный прихожанин, а в центре служба только по воскресеньям. Да, я вырвал тебя из привычного ритма, но это минимальная жертва. Психологи, капельницы, много солнца, трехразовое питание – чем плохо? Говорят, ты даже там кулинаришь…

– В четверг и воскресенье наш повар выходной, а ребята вернулись с моря, из спортивного зала, возникает ситуация – продукты есть, а готовить некому. И вот сегодня я в первый раз соорудил ужин.

– Диетический?

– Нет. Это то, что нравится всем. Я, правда, не ем, пощусь уже месяц, разгружаю организм от шлаков и токсинов.

– Можешь показать свою комнату?

– Вот православный крест настенный, мне его здесь дали, моя кровать. Кстати, рядом место свободно. Очень хочу, чтобы Крис Кельми его занял. У него те же проблемы со здоровьем. Пусть прилетает.

– А музыкой ты здесь занимаешься?

– Понемножку. Президент реабилитационного центра мне из дома даже свою гитару привез.